Послезавтра – в шамборе, или неужели наш король будет смотреть эту хрень?



бет1/6
Дата03.07.2017
өлшемі0.82 Mb.
  1   2   3   4   5   6


Анатолий Агроскин

Константин Гершов
ПОСЛЕЗАВТРА – В ШАМБОРЕ,
или
НЕУЖЕЛИ НАШ КОРОЛЬ
БУДЕТ СМОТРЕТЬ ЭТУ ХРЕНЬ?

театральная фантасмагория в одной репетиции,
возможно произошедшей в ночь с 12 на 13 октября 1670 года
в парижском театре «Пале-Рояль»

Санкт-Петербург, 2006 ©



Действующие лица и их роли:



Жан-Батист Мольер

(на сцене не появляется)

Директор королевской театральной труппы “Пале-Рояль”, 48 лет

Луи Бежар

(по пьесе – господин Журден)



Актёр, 40 лет,
по прозвищу “Хромой” и “Острый”

Андрэ Гюбер

(по пьесе – госпожа Журден)



Актёр, 42 года



Жаклина Гюбер

(в пьесе не участвует)



Костюмер театра, жена Андрэ Гюбера, 40 лет



Арманда Бежар-Мольер

(по пьесе – Люсиль, дочь Журдена)



Актриса, жена Ж.-Б. Мольера, 28 лет,
младшая сестра Мадлены Бежар и Луи Бежара

Шарль Лагранж

(по пьесе – Клеонт, возлюбленный Люсиль)



Актёр и летописец театра, 39 лет,
по прозвищу “Регистр”

Франсуа Латорильер

(по пьесе – Маркиз Дорант)



Актёр, 44 года,
капитан драгунского полка в отставке

Филипп Дюкруази

(по пьесе – Философ Панкрасс)



Актёр, 40 лет, в труппе 11 лет



Катрин Дэбри

(по пьесе – Маркиза Доримена)



Актриса



Эдмон Дэбри

(по пьесе – Учитель фехтования)



Актёр, муж Катрин Дэбри, 50 лет



Жанна Боваль

(по пьесе – Николь, служанка Журдена)



Актриса, 25 лет, неграмотна,
мать двоих детей, беременна

Жан Боваль

(по пьесе – Учитель танцев)



Актёр, муж Жанны Боваль, 30 лет



Мишель Барон

(по пьесе – Ковьель, слуга Клеонта)



Актёр, около 20 лет



Мадлена Бежар

(в пьесе не участвует)



Актриса, около 50 лет
старшая сестра Луи Бежара и Арманды Бежар

Поль Грандье

(по пьесе – Учитель музыки)



Ночной метельщик сцены,

молодой человек



Люсьен Брэндавуан

(по пьесе – Брэндавуан, слуга Журдена)



Слуга Ж.-Б. Мольера, 55 лет



Мадемуазель Флоранс

(в пьесе не участвует)



Портниха



Мари Рагно

(в пьесе не участвует)



Камеристка Катрин Дэбри, 19 лет



Лоран д’Арвье

(в пьесе не участвует)



Маркиз, посланец короля – Людовика XIV, консультант по туркам

Привидение театра “Пале-Рояль”

(в пьесе не участвует)






Подлинные имена участников описываемых событий.

Jean Baptiste Poquelin, dit Molière Жан Батист Поклэн “Мольер”


Louis Béjart Луи Бежар
André Hubert Андрэ Юбэр
Jacqueline Hubert Жаклин Юбэр
Armande Béjart (Molière) Арманда Бежар “Мольер”

(Armande-Grésinde-Claire-Élisabeth Béjart)


Charles Varlet, dit La Grange Шарль Варле “Лагранж”
François Le Noir, dit La Thorillière Франсуа Лёнуар “Латорильер”
Philibert Gassot, dit Du Croisy Филибер Гассо “Дюкруази”
Catherine de Brie Катрин “Дэ Бри”

(Catherine Leclerc du Rosé)


Edmé de Brie (Villequin) Эдмэ Вилькэн “Дэ Бри”
Jeanne Beauval Жанна Боваль
Jean Pitel, dit Beauval Жан Питель “Боваль”
Michel Boyron (Baron) Мишель Буарон “Барон”
Madeleine Béjart Мадлен Бежар
Brindavoine <Люсьен> Брэндавуан
Marie Ragueneau de l’Estang dite Marotte
Мари Рагно дэ Лестанг “Марот”

puis dite Mlle La Grange потом – мадемуазель Лагранж


Laurent d'Arvier Лоран д’Арвье

I. Сцена

/Театральная сцена заставлена частями старых декораций, ящиками с реквизитом, вешалками-стойками с костюмами. В центре – розовый шестигранник, составленный из ширм, похожий на красивую коробочку. Перед сценой на небольшом передвижном помосте стол и стул. Это – место Мольера. На столе – песочные часы и колокольчик.

Из глубины сцены появляется Привидение театра “Пале-Рояль” в линялом итальянском “домино”, насвистывающее простенькую волшебную мелодию. Из правой кулисы выходит Жан Боваль. Он выкатывает коляску с семью зажжёнными фонарями и расставляет их по авансцене. “Коробочка”, как живая начинает мерцать каким-то пульсирующим таинственным светом. Привидение прикладывает палец к губам, показывая зрителям, что сейчас случится нечто важное. Взмах левой рукой – Боваль открывает одну створку “Коробочки”. Взмах правой – другую. Внутри оказываются Филипп Дюкруази, Жанна Боваль и Луи Бежар. Они репетируют отрывок из пьесы «Лекарь поневоле» – сцена знакомства Сганареля (Дюкруази) с Кормилицей (Боваль).
На роль Луки вводится Луи Бежар. Репетицию ведёт Филипп Дюкруази./


<

Лука: Сударь-сударь! Нельзя ли без таких поздравлений?!

Кормилица: У-у-у!

Сганарель: Как, Вы не хотите…

Лука: Нет!

Кормилица: А-а-а!

Сганарель: …чтоб я вместе с Вами /раскрывает объятия Луке/ радовался Вашему счастью?…

Лука: Со мной, сударь, радуйтесь сколько душе угодно,…

>

…а с моей женой не разводите этих… церемоний!



/Лука пытается ударить Сганареля, тот проскакивает мимо него к Кормилице
и подхватывает её на руки; ногами Кормилицы бьёт в грудь бросившему к ним Луке, тот падает./

г-жа БОВАЛЬ: Всё, господа! Десять часов вечера. Мне пора кормить детей.

ДЮКРУАЗИ: Каких детей?

г-жа БОВАЛЬ: Моих собственных.

БЕЖАР: Этого нет в тексте.

/Дюкруази ставит её на пол/

г-жа БОВАЛЬ: Этого нет в договоре.


После десяти – только в особых случаях, по просьбе господина Мольера.

ДЮКРУАЗИ: Который сегодня по причине пятницы отсутствует. Она права, Хромой.


Дамы и господа, репетиция “Лекаря поневоле” закончена! Всем спасибо!
Завтра в одиннадцать продолжим с этого места.

/г-жа Боваль уходит; Дюкруази и Бежар закрывают створки “Коробочки”/ Закулисье

БЕЖАР: Филипп, ну как? Сегодня у меня получилось?

ДЮКРУАЗИ: Понимаешь, Луи… Ты… как бы это сказать… Ты очень стараешься.
От этого уходит лёгкость. А если её нет, то, как говорит Мольер, – “не смешно”.
/уходит/

БЕЖАР /вслед Дюкруази/: Да, я понимаю…



/Садится, начинает снимать верхнюю часть костюма – виден накладной “живот”.
Появляется Жаклина Гюбэр – костюмер./

ЖАКЛИНА: Луи, сдаём костюмчик. Быстренько. И живот давай! Домой, Луи! Домой-домой…



/Жаклина забирает верхнюю часть костюма, “живот” и уходит.
Появляется Поль Грандье – уборщик./ПОЛЬ: Извините, месье. Мне можно начинать убирать?

БЕЖАР: Кто вы?

ПОЛЬ: Я – Поль Грандье. Уборщик, ночной метельщик сцены.

БЕЖАР: Новенький?

ПОЛЬ: Да. Я сейчас смотрел, господин Бежар, и Вы мне так понравились.
Совершенно не заметно, что это не Ваш живот…

/Бежар в упор смотрит на Поля./

БЕЖАР: Спасибо. Можешь мести.



/Бежар уходит. Коробочка начинает мерцать. Поль приставляет метлу к порталу сцены, а сам пытается заглянуть в “Коробочку”. Входит Брэндавуан. В руках у него толстая пачка бумажных листов. Это – скреплённые между собой роли для артистов с приложенными маленькими карточками, на которых указаны фамилии./

БРЭНДАВУАН: Господин Лагранж! Где же Вы?



/спотыкается о метлу, падает, бумаги рассыпаются по сцене/

Чёрт!


ПОЛЬ: О, Господи! Вы не ушиблись?

БРЭНДАВУАН: Нет. Это не господин Лагранж.

ПОЛЬ: Я – Поль. Ночной метельщик.

БРЭНДАВУАН: Если бы ты мёл, а не глазел, куда не просят,


то я бы не упал, и не рассыпал бы все роли.

ПОЛЬ: Я сейчас уберу.

БРЭНДАВУАН: Я тебе уберу! Стой, где стоишь!
/садится и перемещается по сцене, с листка на листок/

ПОЛЬ: Зачем Вы это делаете?

БРЭНДАВУАН: Так в театре полагается. Если господин Мольер узнает, что я рассыпал роли
и не сел потом на каждый листик – он прибьёт меня до смерти.

ПОЛЬ: Я никому не скажу.

БРЭНДАВУАН /собирая листки/: Не скажу… Теперь понять бы, что откуда…

/Прикрепляет к разрозненным стопкам листов отвалившиеся карточки с фамилиями./

Так, сюда – Мишель Барон…


Нет, это – женская роль… Значит это – господин Гюбер. А Барон – сюда…
Закончилась репетиция?

ПОЛЬ: Только что.

БРЭНДАВУАН: Ты не видел господина Лагранжа?

ПОЛЬ: Нет, только месье Бежара.

БРЭНДАВУАН: Вот ведь какая незадача… /прикрепляет бумажку с именем к роли/
Значит, Бежара – сюда…

ПОЛЬ: Я сейчас позову.


/убегает/

БРЭНДАВУАН: Или сюда?… Нет, всё-таки сюда.



/Входит Бежар./

БЕЖАР: Что случилось, Брэндавуан?

БРЭНДАВУАН: Вот.

БЕЖАР: Что это?

БРЭНДАВУАН: Новая пьеса, господин Бежар. Её нужно отрепетировать сегодня.

БЕЖАР: Сейчас – поздний вечер, Брэндавуан. Все уходят домой.

БРЭНДАВУАН: Но господин Мольер сказал, что это очень важно.

/Подаёт Бежару роль с приколотым письмом; Бежар читает./БЕЖАР: “Дорогой Л! Я – болен. Поэтому прошу тебя провести ночную репетицию
нового спектакля и взять на себя главную роль – Журдена.
Премьера – послезавтра, у Короля в Шамборе. Твой М.” /пауза/
Почему, “дорогой «Л»”?

БРЭНДАВУАН: Ну, так Вы же – Луи, месье Бежар?

БЕЖАР: Луи. Но… Это – невозможно…

БРЭНДАВУАН: Но господин Мольер очень просил…

БЕЖАР: Меня просил?…
/Берёт пьесу, проходит на место Мольера перед сценой и звонит в колокольчик./
Все на сцену!

/Актёры труппы Мольера появляются на авансцене./

ГЮБЕР: В чём дело, Хромой?

ДЮКРУАЗИ: А ты хорошо смотришься с директорским колокольчиком. /общий смех/

АРМАНДА: Можно подумать, что кто-то собирает нас на ночную репетицию. /общий смех/

БЕЖАР: Да, на ночную.

БАРОН: И кто же этот придурок?

БЕЖАР: Я.

/Пауза./

ЛАТОРИЛЬЕР: Луи, будем считать, что это было смешно. До завтра. /все начинают расходиться/

БЕЖАР: Стойте! /читает; по мере чтения актёры возвращаются на авансцену,замирают/
“Дорогой Луи! Я – болен. Поэтому прошу тебя провести ночную репетицию нового спектакля и взять на себя главную роль – Журдена.
Премьера – послезавтра, у Короля в Шамборе. Твой Мольер.”
Записку и пьесу только что принёс Брэндавуан.

ДЮКРУАЗИ: Значит, дворцовый траур по Генриетте закончился сегодня!

АРМАНДА: А мой муженёк подсуетился с новой пьесой.

г-н БОВАЛЬ: Я не знаю никакой Генриетты!


Но я знаю, что у меня двое детей и беременная жена!

/охрипший Дэбри отчаянно жестикулирует, указывая на свою жену Катрин/

КАТРИН: Нет-нет, моя нога почти не болит.


Но Эдмон – совершенно без голоса!

ГЮБЕР: Да вы с ума сошли! Какая репетиция?!


Я уже почти принял снотворное!

ЛАТОРИЛЬЕР: Это опасно, дружище, у плохого солдата перед боем – всегда понос.


А снотворное – не лучший…

ГЮБЕР: Это кто это – солдат? Это кто это – плохой? Кто? Кто это тут тебе – дружище?


Старый мерин! Убирайся в свою полковую конюшню!

г-жа БОВАЛЬ: Господин Бежар, но мои дети хотят есть! Они хотят спать!

г-н БОВАЛЬ: Дети не виноваты, что… кто-то… не умеет считать до сорока.

АРМАНДА: Мог бы и сам вычислить окончание траура!

БАРОН: Бежар, я всё понимаю. /всем/ Тихо! Конечно, мы все будем репетировать!
Это – королевский спектакль, а мы – труппа Короля!
/Бежару/ Но я, понимаешь ли, именно сегодня – не могу. Обещал женщине.
А завтра я включусь и быстро…

ЛАГРАНЖ: Останутся все! /общий гомон смолкает/


А теперь послушаем Луи Бежара. Говори, Хромой. /все садятся на край сцены/

БЕЖАР: Всё дело в том, что я сошёл с ума.

ГЮБЕР: Это мы давно заметили.

БЕЖАР: То есть не я, а главный герой – Журден.

ДЮКРУАЗИ: Значит, тебе поручена главная роль? Ну-ну.

БЕЖАР: Так решил Мольер…


Журден вообразил себя дворянином

г-н БОВАЛЬ: Нельзя сказать, чтобы Мольер баловал нас новенькими сюжетами.



/Бежар раздаёт роли актёрам; каждый, получив роль, уходит./

БЕЖАР: Люсиль – его дочь. Роль для госпожи Арманды Мольер. Красива, умна.

АРМАНДА: А что ещё я могу играть в этом театре?!

БЕЖАР: Влюблена в Клеонта. Клеонт – Шарль Лагранж.

БАРОН: Неврастеник играет любовника?

БЕЖАР: Его слуга – Ковьель – Мишель Барон.

БАРОН: Как слуга? Моё амплуа – первый любовник.

БЕЖАР: Будешь играть, что дадут. Слуга Ковьель!


Служанка Николь – мадам Боваль. Острая на язык.

г-жа БОВАЛЬ: Я не успею – наизусть. Господин Бежар, я же неграмотная.

БЕЖАР: Вам почитают вслух.
Маркиз Дорант – Латорильер. Ты где?

ЛАТОРИЛЬЕР: Здесь.

БЕЖАР: Держи, Франсуа. Ты – подлец, обаятельный негодяй.
Тянешь деньги из этого Журдена.

ЛАТОРИЛЬЕР: Благодарю. Давно такого не играл.

БЕЖАР: Маркиза Доримена – пожалуйста, мадам Дэбри.
Коварная, злая – то есть роль на сопротивление.

КАТРИН: Луи, спасибо за роль и комплимент.

БЕЖАР: Философ Панкрасс – Филипп Дюкруази.

ДЮКРУАЗИ: Значит, философ… Подскажи-ка мне, Хромой, в чём сущность этой роли?

БЕЖАР: Филипп! Мне ли тебя учить?
В чём сущность философа?… Смешная шляпа, тросточка…

ДЮКРУАЗИ: Ну-ну!

БЕЖАР: Дэбри… /тот жестами показывает, что он – без голоса/ Я знаю, что ты болен.
Но прошу тебя сыграть учителя фехтования. Больше некому, Эдмон.
/Дэбри знаками показывает, что он согласен/
Учитель танцев – господин Боваль.
Учитель музыки – … что за чёрт! Кого-то у нас сегодня не хватает!

МАДЛЕНА: Мольера.

БЕЖАР: Да-да… /растерянно оглядывается, пауза/

МАДЛЕНА /Полю/: Молодой человек!

ПОЛЬ: Я – уборщик.

МАДЛЕНА: Это – неважно. Вы когда-нибудь играли на сцене?

ПОЛЬ: Нет, но я… /всем своим видом выражает готовность/

МАДЛЕНА: Вот и отлично. Жаклина!

ЖАКЛИНА: Мадлена, я поняла. Кого нужно сделать из этого парня?

БЕЖАР: Учителя музыки.

ЖАКЛИНА: Они с Бовалем – пара. Жана одеваем в Пьеро, а этого – Бригеллой.
Толщинка, очки, два ореха за щеками.

БЕЖАР: Жаклина, спасибо.

ЖАКЛИНА: Не беспокойся, Луи. Я всех одену.

МАДЛЕНА /показывая на Бежара/: Ему нужен новый костюм. Он – главный герой.

ЖАКЛИНА: Я пошлю за мадемуазель Флоранс.

ГЮБЕР /вставая/: А я, Андрэ Гюбэр, стало быть, свободен?!

БЕЖАР: Нет, дорогой Андре! Ты – моя верная… старая… жена – мадам Журден!

ГЮБЕР: Как мне надоели роли комических старух!

БЕЖАР: А тебе, сестра, ничего нет.

МАДЛЕНА: Я поняла.

БЕЖАР: Так что, ты можешь идти.

МАДЛЕНА: Мой младший брат ведёт репетицию! Куда же я пойду!

БРЭНДАВУАН: Сударь, ну я-то…

БЕЖАР: Стой! Вот роль для тебя!

БРЭНДАВУАН: Помилуйте, сударь. Я – не актёр. Я всего лишь слуга господина Мольера!

БЕЖАР: Слугу играть и будешь! А зовут его, так же, как и тебя – Брэндавуан!


/звонит в колокольчик/
Итак! Дамы и господа! Мы начинаем!

/Бежар и Брэндавуан раскрывают створки “Коробочки”; Брэндавуан уходит./ Сцена

“Эй, господин Журден, пора вставать!


День начался! Нельзя так долго спать!
Учитель музыки уже пришёл, и он…

/Развёрнутое пространство освещается, и зритель видит, как Бежар ставит Поля на стул
и пригибает к воображаемой щёлке. Жан Боваль – Учитель танцев –
как бы вошёл в дверь./

Подсматриваньем в щёлку поглощён


За тем, как одевает Вас слуга.”

ПОЛЬ: Кого одевает?

БЕЖАР: Меня. Стой здесь и смотри.

ПОЛЬ: А зачем мне смотреть, как Вас одевают, господин Бежар?

г-н БОВАЛЬ: Да не его /показывает на Бежара правой рукой/, дубина,
а – Журдена! /показывает на Бежара левой рукой/

БЕЖАР: Стой здесь и читай свои слова по бумажке громко и в свою очередь.



Учитель танцев

(про себя)

Чуть солнце встало – он уж на ногах!

Проворен! (громко) Здравствуйте.

Учитель музыки (читает)

И вам, месье, привет.



Учитель танцев

(пытаясь подглядеть)

Вы что-то видите? Я к сожаленью нет.



Учитель музыки (читает)

Я вижу. Подают ему штаны.

Малиновые! Жуткой ширины!

/вопросительно смотрит на Бежара/

БОВАЛЬ: На меня смотри, балда!



Учитель танцев
О, ужас! А вы, сударь, я гляжу

Здесь ежедневно.



Учитель музыки (читает)

Да, я нахожу,

Что пению учиться каждый день

Необходимо. Но и вам не лень

Бывать здесь на неделе по семь… Посемь?

БОВАЛЬ: Семь – это число.

ПОЛЬ: А! По семь раз!

Учитель танцев

Но не с утра, в отличие от вас!

Какая выдумка с рассвета глотку драть!

Учитель музыки (читает)

А что, козлом полезнее скакать?


БЕЖАР: Покажи, как скачет козёл.

/Поль скачет вокруг стула/
Нет! Больше не показывай!
Встань на стул.
Смотри в эту дырку и читай!

ПОЛЬ: Как?

БОВАЛЬ: Одновременно.

Учитель танцев (шёпотом)

Послушайте, коллега, хватит ссор.

К вам у меня серьезный разговор.

БОВАЛЬ: Текст!



Учитель музыки (читает)

Ну-ну.


Учитель танцев

Я объясню вам мысль свою.

Мы здесь устроились как ангелы в раю.

С тех пор как наш Журден сошел с ума,

ПОЛЬ /Бовалю/: Так значит господин Бежар – того? /крутит пальцем у виска/

БОВАЛЬ: Журден, придурок!


/даёт Полю подзатыльник/

ПОЛЬ /соглашается/: Журден – придурок…

Вокруг него народу вьётся тьма,

И каждый норовит кусок урвать…



Учитель музыки (читает)

Да, да! Я начинаю понимать…



Учитель танцев

Учитель фехтования, нахал,

К Журдену что-то слишком близок стал.

ПОЛЬ: А где он?

БЕЖАР и БОВАЛЬ /хором/: Ещё не пришёл!!

Учитель музыки (читает)

Согласен с вами! Мерзкий интриган!

БОВАЛЬ: Бежар, я не понял! Он ещё и…

БЕЖАР: Это – текст.



Учитель танцев

Долой его из дома! Вот мой план!

Дождёмся времени, когда приходит он…

Но тс-с-с. Вот и милейший наш патрон.



(Бежар переходит от мольеровского стола – на сцену.)

Журден

День добрый, господа учителя.

ПОЛЬ: Так виделись уже, месье Бе…

БОВАЛЬ /бросаясь на него/:


Я убью тебя, рахит!!!
/Бежар его ловит и успокаивает./

Учитель музыки и Учитель танцев (хором)

Месье Журден, хорошего Вам дня.



Журден

Прошу простить, что вас заставил ждать.

Портной, каналья, не успел опять.

Штаны заузить я просил чуть-чуть,

Он так ушил, что не могу вздохнуть.

Пришлось с утра опять пороть и шить.

Как вам они?

ПОЛЬ /долго и внимательно вглядываясь/: Месье Бежар, но я не вижу


никаких малиновых штанов!...

БОВАЛЬ /бросаясь на него/: Сгною!!!


/Бежар его ловит и успокаивает./

Учитель музыки (читает)

Увидеть – и не жить!



Журден

Все принцы королевского двора

В штанах таких выходят лишь с утра.

Нам, знати, как ревнителям основ

Никак нельзя без утренних штанов.

Учитель танцев

Они Вам удивительно… к лицу.



Журден

Не зря плачу портному-подлецу.

С чего сегодня мы начнём урок

Театра?


БЕЖАР и БОВАЛЬ /хором/: Ну!!

Учитель музыки (читает)

С серенады в двадцать строк.

БЕЖАР /сам себе/: Спокойно, Луи, спокойно…
/Полю/ Ты всё запомнил? /тот кивает/
/Бовалю/
Жан, эту сцену ещё раз с начала.

БОВАЛЬ: Мальчик!

ПОЛЬ: Я всё сыграю, господн Боваль!

БОВАЛЬ: Не зли меня.


Становись на стул и смотри в дырку.



/“Коробочка” закрывается./
II. Закулисье
/Шарль Лагранж делает запись в “Регистре”, Катрин Дэбри вяжет носок,
Эдм Дэбри придумывает сцену фехтования-драки, используя Мари Рагно, как передвижной манекен. Мари наблюдает за Лагранжем./

ЛАГРАНЖ /пишет/: Сегодня в ночь с 12 на 13 октября 1670 года от Р.Х. в театре «Пале-Рояль» состоялась репетиция нового спектакля, который мы будем иметь честь играть числа 14-го в Шамборе перед Его Величеством Королём Людовиком,


да продлит Бог Его дни. Мольер болен. Репетицию ведёт Луи Бежар.
Луи Бежар ведёт репетицию…

/Эдм пытается что-то объяснить Мари, у него нет голоса,
он жестикулирует, хрипит; Катрин не глядя “переводит” это Мари/

КАТРИН: Мари, присядь, подпрыгни, подбеги к этой стене,


как будто ударься об неё и сползи вниз.

МАРИ: Я… я так не сумею, мадам…

ЭДМ: /хрипит/

КАТРИН: Эдмон, подбирай выражения, здесь молодая девушка.

ЭДМ: /хрипит/

КАТРИН: Конечно, без партнёра тяжело. Но, она – моя камеристка, а не актриса.

Так что, полощи горло. Тебе скоро на сцену. /даёт ему бутылку коньяка/

/Лагранж ловит взгляд Мари/

ЛАГРАНЖ: Что Вы на меня так смотрите?

МАРИ: Вы уже седой.

ЛАГРАНЖ: Ну и что?

МАРИ: А сколько Вам лет?

ЛАГРАНЖ: Думаю, что лет на десять больше, чем Вам, деточка.



/Эдм открывает бутылку коньяка и полощет горло/

КАТРИН: Шарль, хочешь коньяка?

ЛАГРАНЖ: Сейчас – нет. Послезавтра. В Шамборе.

/выходит, оставляя «Регистр» на столе/

КАТРИН: Эдм, сядь, закрой глаза, расслабься… голос скоро будет…



/Эдм сидит неподвижно, прислонившись спиной к спине Катрин/

Мари, перетяни мне ногу.



/Мари разбинтовывает ногу Катрин, мажет колено мазью, забинтовывает снова/

МАРИ: И как Вы его понимаете?

КАТРИН: Когда проживёшь с мужем столько лет, то понимать его будешь по глазам…

/внимательно смотрит на неё/ А, ну-ка… ну-ка… Мари! Да ты никак влюбилась?

МАРИ: С чего Вы взяли, мадам?!

КАТРИН: Точно, влюбилась! В Шарля! В нашего “Регистра”… Несчастная девочка!

МАРИ: Почему, несчастная? Он что – женат?

КАТРИН: О, если бы! Дурочка, он же – актёр. А ты – камеристка.

МАРИ: Ну и что? Актёр – это такое же ремесло, как пекарь или кузнец.

КАТРИН: Нет, девочка. Нет. Это что-то другое.
Актёр не лучше и не хуже пекаря или кузнеца. Он просто другой человек.
Он может быть капризен, завистлив, труслив, тщеславен, но ему всё простится, когда он выйдет на сцену под горячее и страшное дыхание чёрной пасти зала,
если он, разумеется, настоящий актёр, отравленный волшебной пылью кулис, пахнущий потом, духами и жжёной пробкой.

Он полжизни провёл в дороге, под дождём и градом, ел, что попало,


спал, где придётся, играл пятиактную трагедию перед четырьмя зрителями
в дырявом сарае. Ради чего? Ради денег и аплодисментов?...
И того, и другого не так уж и много в его жизни…
Может быть, ради тех нескольких мгновений творческого счастья, которые дарует ему судьба?... Или так и не дарует…

Театр для него – дом, семья, жена и любовница. Спектакли – его дети.

Он верит во что-то ещё, кроме Бога, и за это его после смерти хоронят
за кладбищенской оградой, чтобы он и мёртвый не смущал своим непонятным счастьем добропорядочных людей…

МАРИ: Так, что же мне делать, мадам?

КАТРИН: Не знаю… Сейчас мы разбудим Эдма.
Коньяк даст ему голос на два часа, и они успеют сделать сцену драки.

МАРИ: А потом?

КАТРИН: А потом голос пропадёт совсем. И он будет хрипеть и мучится до самого Шамбора.

МАРИ: Но почему? Почему это нужно делать?

КАТРИН: Потому, что он – актёр. Эдм! Пора!

/Эдм открывает глаза, пробует голос/

ЭДМ: Ка-трин. Ка-трин! По-моему – хорошо. Ты?...

КАТРИН: Конечно. Я посмотрю на вас из зала.

/Эдм целует Катрин в перебинтованное колено и уходит.
По полутёмному закулисью скользит никем не замеченное Привидение театра “Пале-Рояль”./

МАРИ: Как будто флейта играет.

КАТРИН: Ночью в пустом театре много чего услышишь.

/Открываются створки “Коробочки”. Там – Бежар, Боваль, Поль и Дэбри – Учитель фехтования./
Сцена



БЕЖАР: Брэндавуан! /тот появляется/
Стул… /Дэбри показывает, куда/
…сюда! На стул – вазу.

БРЭНДАВУАН: Сударь, да где ж я ночью…?

БЕЖАР: Поставь, что хочешь.
Мы будем знать, что это – ваза.

/Брэндавуан ставит на стул ночной горшок./

ДЭБРИ: Мизансцена такая: Хромой,


ты – здесь. Жан вместе с парнем…

/смотрит на Поля; тот смеётся, видя горшок/

Бежар, а ты уверен, что он…?

БЕЖАР: Жан проведёт его по точкам.

ПОЛЬ: Я всё отлично сыграю, г-н Дэбри.

БОВАЛЬ: Меня терзают смутные сомнения…

ДЭБРИ: Значит, вы – там. Я отсюда. Поехали.

ПОЛЬ: Куда?

БОВАЛЬ /даёт ему подзатыльник/: Вперёд!




Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6


©stom.tilimen.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет