Лекция Серия «история русской церкви»



Pdf көрінісі
бет2/9
Дата02.04.2019
өлшемі1.02 Mb.
#102267
түріЛекция
1   2   3   4   5   6   7   8   9

святителя Димитрия – это и эпоха споров о любви на Западе. 

Два  тесно  связанных  вопроса  занимали  тогда  всю  Европу:  вопрос  о  благодати  и 

вопрос о любви к Богу. Это были спор янсенистов и иезуитов, и спор Фенелона и Боссюэ. 

Оба  спора  начались  во  Франции,  и  разделили  западных  христиан  на  два  лагеря,  однако 

                                                 

22

  «В 1685 году  в  Филиппов  пост,  в  одну  ночь  скончав  письмом  страдания  св.  мученика  Ореста,  которого 



память  ноября 20 почитается,  за  час  или  меньше  до  заутрени,  лег  отдохнуть,  не  раздеваясь  и  в  сонном 

видении  узрел  святого  мученика  Ореста,  лицом  веселым  ко  мне  вещающего  сими  словами:  я  больше 

претерпел  за  Христа  мук,  нежели  ты  написал  сие  рек,  открыл  мне  перси  свои  и  показал  в  левом  боку 

великую рану, сквозь во внутренность проходящую, потом открыв правую по локоть руку на самом противу 

локтя  месте  и  рекл:  сие  мне  перерезано:  причем  и  видны  были  перерезанные  жилы,  также  и  левую  руку 

открывши,  на  таком  же  месте  указал  такую  же  рану…  В  то  самое  время  учиненный  к  заутрене  благовест 

пробудил меня, и я жалел, что сие весьма приятное видение скоро окончилось…» (Там же. С. 486–487).

 

23



 Димитрий Ростовский, свт. Сочинения: В 5 Т. М., 1827–1833. Т. 3. С. 453.

 

24



 «...мы  же  страждущие  есмы,  яко  собирающии  по  трапезовании  укрухи;  сице  от  страданий  Господних 

некие  собираем  останки,  глаголющу  апостолу,  исполняю,  рече,  лишение  скорбей  Христовых  в  теле  Моем 

(Кол. 1:24) . Сиесть, еже Он не дотерпе, аз в теле моем дотерпеваю» (Там же. Т. 3. С. 260).

 

25



  «Аще  не  за  Христа  гонение  терпиши,  обаче  егда  терпиши  неповинно,  и  благодариши  Бога,  и  то 

вменитися, яко за Христа терпящему. Воспомяни страстотерпцев Российских Бориса и Глеба». (Там же. Т. 1. 

С. 185)

 

26



 Там же. Т. 2. С. 200–201.

 

27



 Там же. Т. 2. С. 533.

 

28



  Аз  на  Тя,  Господа  моего  надеюся  и  Твоей  воле  святой  себе  вручаю;  твори  со  мною,  еже  хощеши.  Аще 

хощеши мя имети во свете, буди благословен: аще мя хощеши имети во тьме; буди паки благословен. (Там 

же. Т. 1. С. 263) 

 


- 7 - 

вовсе  не  на  лагерь  католический  и  протестантский,  как  можно  было  бы  подумать.  Оба 

спора  были  вызваны  реакцией  на  гуманизм  и  секуляризацию.  Оба  спора  были  тесно 

связаны  с  возрождением  богословских  идей  блаженного  Августина  и  обозначенной  им 

оппозиции uti/frui – пользоваться/наслаждаться.  

«Наслаждаться» (frui) означает,  согласно  епископу  Иппонийскому, «любовью 

прилепиться  к  некоей  вещи  ради  нее  самой»

29

.  Грехопадение  представляет  собой 



неправильную направленность любви (воли): вместо того чтобы наслаждаться Творцом 

и  пользоваться  творением,  человек  пожелал  наслаждаться  творением  и  пользоваться 

Творцом. 

Янсенисты  выступали  против  так  называемого  пробабилизма

30

  иезуитов,  строго 



осуждали безнравственность современного им общества, в котором они не без оснований 

видели  лишь  августинову «massa pecata»

31

,  и  полагали,  что  только frui, даруемое gratia 



victris

32

, может превзойти непреодолимое для человеческой воли после грехопадения frui 



похоти.  Спасение  в  миру  представлялось  им  почти  не  разрешимой  задачей,  и  они 

призывали к уходу из него.  

Вопрос о бескорыстной любви к Богу, ставящий под сомнение само представление 

о  «спасительных  заслугах»,  вероятно,  всегда  присутствовал  в  глубине  католической 

традиции,  особенно  в  аскетико-мистических  учениях,  однако  Фенелон

33

  был  одним  из 



первых,  кто  открыто  поставил  его  перед  всей  Западной  церковью.  Любовь,  как  заслуга, 

необходимая для спасения, есть любовь наемника и раба. Истинная любовь прилепляется 

к  «некоей  вещи  ради  нее  самой».  Однако  если  в  этом  «прилеплении-к-вещи-ради-нее» 

таится,  согласно  бл.  Августину, «наслаждение» (frui)

 

любви,  наслаждение,  которое, 



согласно янсенистам, свойственно «gratia victrix», – то именно Фенелон со всей остротой 

ставит  вопрос  о  том,  что  прилепиться  к  вещи  ради  нее  самой  означает,  собственно,  не 

наслаждаться ею или уж во всяком случае не стремиться к этому. Следовательно «чистая 

любовь»  к  Богу  тогда  только  заслуживает  своего  названия,  когда…  не  ждет  от  Него 

небесных  благ.  По-другому  это  сформулировано  «в  невозможном  предположении» 

мистиков: «если  Богу  угодно  будет  не  спасти,  а  погубить  меня,  я  буду  любить  Его 

нисколько не меньше, чем в раю»

 34


. Что это предположение не чуждо было и восточной 

традиции, ясно указывает святитель Феофан Затворник: «Любить Бога, как Бога, с полным 

самопожертвованием, без всяких видов, есть чистая любовь. Лествичник говорит о себе, 

что  хотя  бы  и  в  ад  послал  его  Бог,  он  и  там  также  неизменно  будет  любить  Его  всею 

душою»

35

.  Как  бы  то  ни  было,  ясно,  что  эта  мысль,  развитие  которой  Фенелон 



                                                 

29

 Августин Аврелий, бл. Христианская наука СПб., 2006. С. 46



 

30

 Пробабилизм – учение иезуитов, исходящее из положения, что в сомнительных случаях следует вероятное 



принять  за  достоверное,  если  это  полезно  для  церкви,  даже  если  бы  избранное  поведение  и  не  имело 

морального оправдания. Подробнее см.: Паскаль Блез. Письма к провинциалу. Б. м. Port-Royal, 1997.

 

31

 Греховная масса. – лат.



 

32

 Победительная благодать. – лат.



 

33

  Фенелона  у  нас  принято  считать  приверженцем  квиетизма,  однако  более  точным  представляется 



вошедший в обиход на Западе термин «фенелонизм». Различие связано прежде всего с тем, что а) на первый 

план фенелонизм выдвигает учение о «чистой любви»; б) мистические тексты интерпертируются в рамках 

церковной традиции.

 

34



См. Jacques Le Brun. Le Pur Amour de Platon а Lacan. Йditions du Seuil. 2002. P. 127.

 

35



  Феофан  Затворник,  свт.  Письма  о  духовной  жизни.  М. 1998. С. 46–47. Фенелонизм,  кстати  отвергал  и 

инкриминируемую  как  правило  западной  мистике  разгоряченность  воображения: «Бегай  всякого 



- 8 - 

прослеживал  от  святых  древней  неразделенной  Церкви  до  современности,  разрушает 

представления  о  монолитном  «юридизме»  западной  сотериологии.  То  правда,  что  эта 

мысль  была  осуждена  Римом,  но  правда  и  то,  что  она  нашла  себе  многочисленных 

сторонников  и  в  католическом  и  протестантском  мире,  а  значит,  имела  основания  в 

корнях традиции.  

Явление фенелонизма было также ответом на расцерковленность жизни. Однако в 

отличие  от  янсенистов,  Фенелон  считал,  что  спасение  возможно  и  в  миру.  Благодать 

предваряет, но не для того, чтобы победить волю человека, а для того, чтобы освободить 

ее

36



.  Чтобы  любить  Бога  ради  Него  самого,  надо  не  любить  себя.  Самость – источник 

своекорыстия  в  любви.  Чтобы  уничтожить  самость,  надо  свободно  отказаться  от  своей 

воли

37

,  ибо  «мы  ничего  своего  не  имеем  кроме  воли,  все  прочее  не  наше…  Одно, 



подлинно  наше  собственное,  есть  воля,  и  к  сему-то  одному  ревнует  Бог»

38



Повседневность же всегда дает нам случай к умерщвлению воли: «Когда мы живем честно 

и  добропорядочно,  то  надобно  только  переменить  основания  сердца  в  люблении  их 

[земных вещей], и тогда мы будем делать то же, что и делали: поелику Бог не нарушает ни 

состояния людей, ни должностей их, к коим Сам же Он призвал; но мы станем делать то 

для Бога, что делаем для служения и угождения миру»

39

 [uti/frui! – свящ. П.]. 



То,  что  оба  учения  восходили  к  бл.  Августину,  хотя  и  по-разному 

интерпретировали его, не сблизило их между собой. Фенелон, не мысля себя вне общения 

с Римом, принял осуждение своих тезисов с той лишь оговоркой, что они были неверны 

не  сами  по  себе,  а  лишь  неверно  были  им  выражены.  Янсенисты  не  согласились  с 

анафематизмами пяти положений Янсения и потребовали созыва собора

40

. Но независимо 



от внутренних противоречий этих двух крупнейших течений (янсенизма и фенелонизма) в 

западной  богословской  мысли XVII столетия  то,  что  они  так  или  иначе  апеллировали  к 

идеям блаженного Августина, – факт далеко не случайный.  

Августин  оказался  крайне  востребован  тогда  теми,  кто  искренне  стремился 

приостановить натиск  антропоцентризма на стремительно расцерковляющийся западный 

                                                                                                                                                          

напряжения,  разгорячающего  ум  и  повергающего  благочестие  твое  больше  в  опаснейшую  живость 

воображения, нежели в чистую и прямую волю преданности Богу. (Фенелон Салиньяк де ля Мот. Творения: 

В 2 Ч. М., 1799. Т. 1. С. 98)

 

36



  См.:  Henc Hillenaar. L’Augstinisme de Fйnelon face а l’Augstinisme des Jansйnistes. // Jansenismus, 

Quietismus, Pietismus. Gцttingen, 2002. S. 48.

 

37

  «Буду  ли  я  возвышен  или  унижен,  утешен  или  страждущ,  употреблен  к  делам  Твоим  или  ни  к  чему  не 



годен;  все  равно  буду  Тебе  покланяться,  жертвуя  собственною  моею  волею  Твоей  воле:  и  мне  остается 

только говорить с Мариею: буди мне по глаголу Твоему. (Фенелон Салиньяк де ля Мот. Творения Т. 1. С. 

21)

 

38



 Там же. Т. 2. С. 45.

 

39



 Там же. Т. 2. С. 4. Ср. советы живущему при дворе: «Сколь бедны те, кои сами оковывают себя страстями 

своими, столько блаженны и свободны те, коих Сам Бог благоволит оковать собственными руками. В сей 

мнимой неволе ни ничего не делают по своему хотению, но тем лучше: они против желания своего с утра и 

до  вечера  делают  то,  чего  хочет  Бог» (Там  же.  Т. 2. С. 77). Или: «Простое  умерщвление,  состоящее  в 

непрестанном  соблюдении верности  и  ношении  крестов Провидения,  есть  гораздо  выше  всех  величайших 

строгостей, самими нами изыскиваемых, делающих жизнь отличною и суетными забавами ее искушающих. 

Каждый, ни от чего в порядке Божием не отрекающийся, не проводит ни одного дня, без соучастия в кресте 

Иисуса Христа». (Там же. Т. 2. С. 103)

 

40

 В то же время именно они выступили против гугенотов в защиту учения о пресуществлении хлеба и вина 



в Таинстве Евхаристии, по ходу дела запросив мнение об этом восточных Церквей, в том числе и Русской.

 


- 9 - 

мир


41

. Подчеркнутый августинов теоцентризм с его умалением человека пред величием и 

всемогуществом Творца представлялся достойным ответом на вызов времени, молчаливо 

предполагая  оправдание  не  заслугами,  а solo fide

42

.  Августинов  психологизм  делал 



рефлектируемое  как  неизбежность  переживание  греховной  нечистоты  весомым 

свидетельством  в  пользу  невозможности  собственными  силами  завоевать  спасение  (что 

одним концом ударяло по учению о заслугах, а другим по представлениям о человеке, как 

творце собственного счастья). Наконец, августинизм предлагал разрешение и еще одного 

противоречия, ставшего следствием повторного открытия христианским Западом гениев и 

героев  античности.  Это  противоречие  было  остро  пережито  уже  Данте,  описавшим  в 

«Божественной комедии» свою встречу с ними: 

«”Что  ж  ты  не  спросишь, - молвил  мой  вожатый, - / Какие  духи  здесь  нашли 

приют? / Знай,  прежде  чем  продолжить  путь  начатый, / что  эти  не  грешили;  не  спасут / 

одни  заслуги,  если  нет  крещенья, / которым  к  вере  истинной  идут; / кто  жил  до 

христианского  ученья, / тот  Бога  чтил  не  так,  как  мы  должны. / Таков  и  я.  За  эти 

упущенья, / не за иное, мы осуждены, / и здесь по приговору Высшей воли, / мы жаждем и 

надежды лишены”. / Стеснилась грудь моя от тяжкой боли / при вести, сколь достойные 

мужи / вкушают в Лимбе горечь этой доли».

 43

 

И никто иной как епископ Иппонский с его учением о самовластии Божественной 



воли,  по  неисповедимому  промыслу  избирающей  одних  и  отвергающей  других,  был 

способен если не утишить, то во всяком случае объяснить эту «боль». Ведь ясно, писал он, 

«что избрание это столь сокровенно, что вовсе не может быть явно для нас, взирающих на 

одну  и  ту  же  смесь…  Ибо  я  не  знаю,  что  следует  рассматривать  в  избрании  людей  к 

спасительной  благодати,  если  некий  помысел  подвигнет  меня  испытать  это  избрание: 

разве  что  большие  природные  задатки,  или  меньшие  грехи,  или  то  и  другое  вместе; 

добавим также, если угодно чистоту и пользу взглядов. Тогда всякий, кто будет как можно 

меньше  уловлен  и  запятнан  грехами  (ибо  кто  может  быть  вовсе  без  грехов?),  кто  будет 

способен от природы и образован в свободных искусствах, окажется достойным избрания 

благодати.  Но  если  я  это  признаю,  то  не  посмеется  ли  из-за  этого  надо  мною  Тот,  Кто 

избрал немощное мира, чтобы посрамить мудрых…»

44



                                                 

41

 Ср. у Фенелона: «Из того, что мы были вчера, не следует, что и сего дня еще быть должны: мы могли бы 



перестать  существовать  и  действительно  впали  бы  в  ничтожество,  если  бы  извлекшая  нас  оттуда 

всемогущая  десница  не  препятствовала  нам  паки  в  оное  возвратиться.  Мы  сами  в  себе  есть  ничто,  и 

единственно то, что хочет соделать из нас Бог и на столько времени, на сколько Ему благоугодно. Ему стоит 

только отнять носящую нас руку, и мы в тот же миг погрузимся в ничтожество». (Фенелон Салиньяк де ля 



Мот. Творения: В 2 Ч. М., 1799. Т. 1. С. 11)

 

42



 Stoeffler F. Ernest. Johann Arndt. // Gestalten der Kirchengeschichte. – t. 7.Stutgart, 1982. S. 43.

 

43



 Данте Алигьери. Собрание сочинений: в 5 Т. Спб., 1996. Т. 1. С. 27 – 28. 

 

44



  Августин,  бл.  Трактаты  о  различных  вопросах.  М., 2005. С. 252. И  далее: «Разве  мы  не  знаем  многих 

наших  верующих,  ходящих  путем  Божиим,  вовсе  не  сравнимых  по  природным  способностям  не  только  с 

некоторыми еретиками, но даже и с комедийными актерами? Точно так же, разве не видим мы некоторых 

людей обоего пола живущими в супружеской чистоте без всякого упрека, и, однако, при этом являющимися 

еретиками  или  язычниками,  или  же  столь  прохладными  в  истинной  вере  и  истинной  Церкви,  что  мы 

удивляемся обратившимся внезапно блудницам и актерам, которые превосходят их не только в терпении и 

воздержании, но и в вере, надежде и любви… Однако что скажем? Неужели неправда у Бога, требующего 

долг с кого угодно Ему, а кому угодно прощающего?... Да не будет! Но почему одному так, а другому – не 

так?  А  ты  кто  человек?  Если  не  отдашь  долг – тебе  есть  за  что  благодарить;  если  отдаешь – не  на  что 

жаловаться» (Там же. С. 252 – 253). 

 


- 10 - 

Кратко  сказать,  августинизм  был  знаменем  «контргуманизма»  в XVII веке

45

,  как 


томизм – знаменем  контрреформации  в XVI. Но  киевские  богословские  школы 

ориентировались, конечно, на второй, а не на первый. Как помним, за образец они брали 

иезуитские  школы,  бывшие  сознательными  проводниками  томизма, «призванного  со 

времен  Тридентского  собора  быть  основной  идеологией  католицизма»

 46

.  И  возможно, 



именно  этот  факт  объясняет,  почему  так  быстро  сошла  на  нет  Киевская  школа,  помимо 

плодов учености принеся не так много плодов высокого богословия: томизм, по тем или 

иным  причинам  оказался  чужд  русской  традиции

47

  и  не  дал  толчка  к  развитию 



собственной мысли. Святитель Димитрий был скорее исключением, чем правилом, и его 

богословие любви в любом случае не было плодом школьного томизма.  

 



Святитель  Димитрий  дружил  с  митрополитом  Стефаном  Яворским.  Они  даже 



договорились,  что  тот,  кто  проживет  дольше,  отпоет  почившего  первым.  Обоих  призвал 

на  Москву  Петр.  Оба  нравились  ему.  Оба  поначалу  поддерживали  его.  Обоих  в  конце 

концов смутил дух нового царствования. Последние годы святитель Димитрий был близок 

к  Нарышкиным,  и  неизвестно,  как  бы  сложилась  его  судьба,  если  бы  он  не  умер  за 

несколько  лет  до  начала  дела  царевича  Алексия.  Митрополит  Стефан  отпел  святителя 

Димитрия и остался один.  

Сам он происходил родом из Галиции, которая после Андрусовского договора 1667 

года осталась за Польшей, и его семья, как и многие православные, перебралась тогда на 

Восток, под Нежин.  Желая учиться, Симеон (так назвали его в крещении), отправился  в 

Киев


48

,  где  учился  в  коллегии,  по-видимому,  до 1864 года.  На  него  обратил  внимание 

тогдашний ректор Варлаам Ясинский и помог продолжить ему учение в Польше – в тех 

самых уже упоминавшихся выше иезуитских школах

49

,  куда  не  проникали  веяния  новой 



                                                 

45

  «Прежде  всего  следует  указать,  что  янсенисты,  также  как  и  Фенелон  отстаивали  более  интенсивную 



внутреннюю  жизнь,  стремление,  в  котором  не  трудно  узнать  реакцию  на  окружающий  их  мир  а  также 

церковь  их  времени.  И  в  том  и  другом  случае  вдохновляясь  всецело  учением  святого  Августина,  эти  два 

направленные  на  реформы  движения  однако  заимствовали  пути  иногда  диаметрально  противоположные» 

(Henc Hillenaar. L’Augstinisme de Fйnelon face а l’Augstinisme des Jansйnistes. // Jansenismus, Quietismus, 

Pietismus. Gцttingen, 2002. S. 40–41). Или: «Оба движения [янсенизм и пиетизм – свящ. П. Х.] опирались на 

Августина,  что  с  одной  стороны  достойно  примечания,  но  с  другой – неудивительно.  Ибо  это  более  или 

менее  делали  все  ориентированные  на  активизацию  христианского  благочестия  постреформационные 

учения.  Что  при  этом  значительные  вопросы  благодатного  избрания  и  свободной  воли  находили  себе  в 

одних движениях похожее разрешение, особенно примечательно с точки зрения немалой конфессионально-

политической  дистанции  между  ними» (Ernst Hinrisch. Jansenismus und Pietismus – Versuch eines 

Structurvergleich. // Jansenismus, Quietismus, Pietismus. Gцttingen, 2002. S. 137). 

 

46



  Ивлев  В.  Ю.  Оформление  логического  инструментария  в  истории  русской  философии XVIl-начала 

XVIII вв. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук. М. 2001. С. 15.

 

47

  Вопрос  на  сегодня  еще  ждет  своего  исследователя.  Иначе,  кажется,  было  в  поздней  византийской 



традиции. См.: Podskalsky G. Die Rezeption der thomistischen Theologie bei Gennadios II Scholarios (ca. 1403–

1472). // Theologie und Philosofie. 49. (1974). S. 305–323.

 

48

 «…юн  сый,  горя  желанием  учения»  (Терновский  Ф.  Митрополит  Стефан  Яворский // Труды  Киевской 



духовной академии, 1864 № 1, С. 48). 

 

49



  «В  Львовской  и  люблинской  школах  он  прослушал  философию, - в  познанской  и  виленской  школах 

богословие» (Там же. С. 52).

 


- 11 - 

европейской  философии  и  науки

50

  и  где  Аристотель  по-прежнему  оставался  главным 



философским  и  научным  авторитетом.  Не  мало  внимания  иезуиты  уделяли  также 

изучению  античных  авторов,  которые  в  вопросах  нравоучения  считались  зачастую  не 

менее  авторитетными,  чем  церковные

51

.  Богословие  читалось  по  Фоме.  Вернувшись  и 



принеся покаяние в отступлении от православия (необходимом для обучения у иезуитов), 

Симеон принял постриг с именем Стефана и стал читать в Киевской коллегии богословие.  

Возможно,  лекции  его  уцелели  и  еще  будут  найдены,  но  пока  приходится 

ориентироваться на косвенные свидетельства тех, кто когда-то держал их в руках. Читал 

он  также  «по  Фоме»,  однако  было  бы  ошибкой  считать,  что  киевские  выученики 

иезуитских коллегий воспринимали за чистую монету все, что влагали им в уши учителя. 

По  меньшей  мере,  киевляне  твердо  держали  свои  позиции  в  тех  вопросах,  которые 

обострила  и  выдвинула  на  первый  план  уния: filioque и  папский  примат, – ведь 

прибавление  к  символу  веры,  и  поминание  папы,  как  правящего  первоиерарха,  были  на 

слуху  у  всего  церковного  народа.  Так  и  в  дошедших  до  нас  конспектах  лекций 

митрополита Стефана о Боге в Троице и о Церкви содержаться обширные полемические 

антикатолические разделы об исхождении Святого Духа только от Отца и о том, может ли 

апостол  Петр  считаться  главой  апостолов,  а  римский  папа  главой  патриархов.  Сложнее 

дело обстояло с вопросами, не обнаруживавшими себя на поверхности жизни. Уже когда 

митрополит  Стефан  был  на  Москве,  патриарх  Досифей  писал  ему,  обвиняя  в 

неправославии: «Некоторые из здешних учителей перевели твои сочинения на латинский 

язык,  и  признав  их  хульными  и  противными  отеческим  преданиям,  опровергли  гнилые 

твои умствования, целую книгу издавше, которая ныне и в печать отдана»

52

. Из названия 



книги  явствует,  что  она  посвящена  опровержению  латинских  мнений  о  непорочном 

зачатии  Богородицы  и  времени  пресуществления  Святых  Даров, – вопросах,  на  которые 

киевское  богословие  тогда  «смотрело  сквозь  пальцы» (быть  может,  потому,  что  они  не 

смущали  народное  благочестие)  и  которые  не  вызывали  интереса,  пока  он  не  был 

возбужден  какими-то  внешними  причинами,  как,  например,  отмена  поклонов  на  слова 




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9




©stom.tilimen.org 2022
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет